Дуэт «Прощай, молодость!» вполне можно занести в книгу каких-нибудь рекордов. Вы только представьте: за десять лет своего существования этот пользующийся определенной известностью, популярностью, а у кого-то даже любовью коллектив выпустил всего лишь один магнитоальбом! В дебютный альбом, названный «Песни взрослых мальчиков», включены и новинки, и давно известные вещи — «Сюрреализм», «Прощай, молодость!», «Мечтатель», «Девушки в джазе». Творческий путь дуэта оказался не только долгим, но извилистым и тернистым. ...Холодный ветер забирался под короткое сиротское пальто, застегнутое на большую булавку. Двадцатилетний студентик-очкарик из Московского химико-технологического института спешил на встречу с очередным клавишником: вот уже полгода он безуспешно пытался организовать панк-группу. «Еще несколько месяцев и будет поздно! И прощай, молодость! — дергался студентик, шагая по Тверскому к ГИТИСу. — Это последний шанс что-то сделать!» Стоял ноябрь 1983 года. Студентика звали Андреем Якушиным. Его не смущало отсутствий слуха и голоса и то, что он плохо выговаривает букву «р», — панк-музыка такой ерунды и не требует. А песни уже были написаны — про «канцелярию роботов и деревянную жидкость на поверхности глаз», «про юбилейное г...но и знакомый привкус бумажной звезды». Встреча состоялась, но в ее судьбоносность Якушин не верил: клавишник оказался «не в тему» — он любил «Воскресенье» и совсем не врубался в «Свинью» и «Sex pistols». Правда, дня через два он позвонил и сказал, что, наверное, играть будет. Это был Сергей Тененбаум по прозвищу Бананов. Группу назвали «Ответный ход». Потом пришли бас-гитарист Крис Золотайкин (после игравший в группе «Тупые», а ныне — монах одного из волжских скитов), гитарист Вова Гуськов (играл потом в группе «Николай Коперник») и еще две творческие личности: Дюша Бондаренко и Саша Яковлев. В таком составе под названием «Молодость, или Ответный ход» в 85-м году они попали в московскую рок-лабораторию. Выступив перед народом раз восемь с половиной, «Молодость» пришла к выводу, что по-разному понимает слово «панк». Полгода сомнений и дискуссий привели к тому, что пианист Бананов-Тененбаум и очкарик Якушин, сменив узкие черные очки на круглые «велосипеды», надев строгие черные костюмы и взяв в руки пластмассовую розу, вышли на сцену тогда еще не легендарной «Горбушки». Звуки вальса и танго шокировали московский рок-андеграунд. Так начался декаданс-дуэт «Прощай, молодость!». Романтик и Мечтатель почему-то пришлись по вкусу рок-экстремистам разных мастей. Начались еженедельные выступления в студенческих ДК по 7 рублей 50 копеек за концерт. А еще какие-то бесконечные конкурсы и фестивали, на которые Андрею приходилось отпрашиваться со своего «почтового ящика», куда он попал по распределению. На «Рок-панораме-87» зал дружно пел вместе с ними, что «сюрреализма больше нет», непонятно что имея в виду. Потом «Сюрреализм» сняла для «Утренней почты» легендарная Марта Могилевская. Телевидение «Прощай, молодость!» вниманием не баловало, но после одной из редких съемок в «Рок-лаборатории» Гарик Сукачев пригласил Тененбаума-Бананова в «Бригаду С», и бывший студентик-очкарик остался на сцене один... Так случилось не единожды. Но прощание с молодостью у Якушина оказалось бесконечным: в 1994 году вернулся из Израиля Сергей Тененбаум, где он провел почти четыре года, и дуэт возродился. Замелькали на экране. Записали новый альбом. Откопали на антресолях пластмассовую розу. Она им, Романтику и Мечтателю, возможно, еще пригодится... Влад Васюхин Источник: «Куранты», №162 (1375), 19 сентября 1996 г.